Лента новостей ФК Милан

Адриано Галлиани вспомнил лучший состав «Милана», громкие трансферы и выбор легендарных тренеров

12 марта 2026, 22:21

3454

Источник: Colpi da Maestro, sempremilan.com

Адриано Галлиани поделился захватывающими подробностями своей работы в «Милане», вспомнив лучшие трансферы и команды, которые он строил.

Галлиани занимал пост генерального директора и вице-президента «Милана» с 1986 по 2017 год – в эпоху Сильвио Берлускони. За это время клуб завоевал 29 крупных трофеев, проделав путь от участника Серии B до статуса сильнейшей команды Европы.

В своей роли Галлиани, получивший прозвище «Кондор» за умение проворачивать громкие сделки в последние минуты трансферного окна, стоял во главе всех процессов: от покупки и продажи игроков до представительства клуба на мировой арене. После ухода из «Милана» он вместе с Берлускони отправился в «Монцу».

В подкасте «Colpi da Maestro» Галлиани рассказал множество закулисных историй своего многолетнего миланского опыта.

Какую из своих команд вы считаете лучшей?

«Если бы мне пришлось выбирать один год из 31 в «Милане», я бы назвал сезон-1993/94».

Вы видели и помогали строить «Милан» Сакки, Капелло и Анчелотти...

«Тот «Милан» мыслил масштабно, потому что масштабно мыслил его президент Сильвио Берлускони. И он передал этот настрой клубу, тренерам и игрокам. Когда я вспоминаю, как мы выбирали Сакки – люди говорили, что мы сошли с ума.

Арриго ставил своим командам отличную игру, но за год до прихода в «Милан» он даже не смог вывести «Парму» из Серии B. О Капелло говорили, что он любимчик Берлускони, потому что Фабио к тому моменту не тренировал несколько лет и занимался совсем другими делами.

Третьим триумфальным ходом стал Анчелотти. Его называли «успешным неудачником», потому что за два года до «Милана», работая в «Ювентусе», он дважды финишировал вторым. Нужно помнить не только игроков, совершивших великие свершения, но и тренеров.

Уже вернувшись в «Монцу» после «Милана», я считаю одним из своих лучших ходов решение назначить тренера Примаверы Палладино в первую команду. Тренеры оказывают огромное влияние на результаты».

Как вы выбирали этих специалистов?

«Это были разные периоды. Начну с Сакки: для Берлускони ключевым моментом была красивая игра. За год до назначения мы провели товарищеский матч с «Пармой» и увидели, как здорово играют эмилианцы. Затем в Кубке Италии нам снова попалась «Парма», которая приехала в Милан и победила, показав великолепный футбол.

Берлускони спросил меня, неужели у «Пармы» игроки лучше, чем у «Милана». Я, разумеется, ответил «нет». Тогда он спросил, почему же они играют лучше нас. Я ответил: «Ну, похоже, у них хороший тренер». «Милан» тогда занял второе место в группе Кубка Италии, которую выиграла «Парма». И на кого же мы попали в 1/8 финала?

Снова на «Парму». Они вернулись в Милан и обыграли нас во второй раз. В тот момент мы поняли, что это не случайность. После ответного матча мы пригласили президента «Пармы» на ужин, где и познакомились с Сакки. Мы поговорили, но ни к чему конкретному тогда не пришли.

В последующие месяцы мы решили, что Сакки обладает именно теми характеристиками, которые нужны тренеру «Милана». Придя к нам, он выиграл скудетто в первый же год, а затем дважды подряд – Кубок чемпионов.

Когда Сакки подписывал контракт, он не просил денег – он позволил мне самому вписать цифру. Он согласился, но добавил условие: если он выигрывает, гонорар в течение года удваивается. В следующем сезоне все начиналось уже с удвоенной суммы.

И если он снова выигрывал чемпионат или еврокубок – сумма опять удваивалась, и так же на третий год. В итоге на эти деньги он купил себе несколько отелей в Милано-Мариттима (смеется)».

Что вы помните о временах «Кондора»?

«Это прозвище появилось благодаря фильму «Три дня Кондора». Я решил, что эти «три дня» – идеальная метафора для финала трансферного окна. В итоге я провернул сотни сделок. Моя карьера началась в 1975 году в «Монце» и завершилась трансферным окном «Монцы» 2025 года.

Самым первым моим ходом был обмен: «Монца» забрала Брайду, а «Палермо» отдал Перессина. Я помню каждую свою сделку. С 1975 года я усвоил одну истину: цена на игрока падает по мере закрытия трансферного окна.

Если нужно продать футболиста – делай это в начале окна; если хочешь купить – жди до конца. У всех команд игроков больше, чем им реально нужно. Поэтому «дни Кондора» – это всегда последние дни.

Не всегда, но очень часто в последние дни те ответы, что раньше были категоричными «нет», превращаются в «да», и даже невозможные сделки становятся реальностью. Так и рождаются дни Кондора».

Какими трансферами вы гордитесь больше всего?

«Начнем с первой сделки в стиле Кондора – Карло Анчелотти. Шел 1987 год, Сакки хотел его любой ценой. Он настаивал на покупке, несмотря на проблемы Карло с коленями. Сакки говорил: колени можно вылечить, а голову – нет.

Шел предпоследний день окна, а президент «Ромы» раз за разом отвечал отказом. Я уже почти сдался, но Браида мастерски организовал ужин с представителями римлян. В тот вечер мы поняли: отец-президент говорит «нет», а его сын и спортивный директор Перинетти – «да».

Сын пригласил меня в Рим на следующий день и устроил встречу с отцом. Наутро я уже был в самолете. То, что казалось невозможным, случилось. Анчелотти оказал нам огромную помощь в те годы. И я думаю вот о чем: если бы те отношения не завязались тогда, Карло мог бы уйти в «Парму», с которой почти подписал контракт.

Еще один классический маневр Кондора случился в Париже в 1997-м, когда мы подписали Леонардо из ПСЖ. Капелло, вернувшийся в «Милан», требовал его во что бы то ни стало. Мы с Берлускони не хотели больше тратиться и прямо ему об этом сказали.

Но потом произошло нечто невероятное: я был во Флориде и должен был вылетать в Милан. По дороге в аэропорт я увидел огромную вывеску: «Leonardo». Я тут же набрал президенту Берлускони и сказал, что мне было видение. В итоге я вылетел в Париж и забрал Леонардо из ПСЖ. Мне повезло, что я хорошо знал владельцев парижан – меня приняли сразу, и сделка состоялась.

Если называть еще один великий трансфер Кондора, то это, без сомнения, Алессандро Неста. Я был на Сардинии и каждое утро пил кофе с президентом «Лацио» Краньотти. Мы договорились об огромной сумме – 60 миллиардов лир, но Берлускони наложил вето. Мы как раз прошли квалификацию Лиги чемпионов. В ту ночь президент был в Копенгагене на встрече премьер-министров.

В новостях я увидел интервью Берлускони, где его спросили, свободны ли его министры в своих решениях. Он ответил, что министры в рамках бюджета могут распоряжаться средствами так, как считают нужным. Я ухватился за этот шанс и через охрану дозвонился до него: «Слушайте, а я как гендиректор «Милана» считаюсь министром?»

Он ответил: «Да». И я сказал ему: если мы подпишем Несту, мы выиграем Лигу чемпионов, а победа принесет огромный доход. Берлускони, отчасти от усталости – было 4 утра – дал добро.

Мой друг Феделе Конфалоньери всегда говорил: мне везло, я с ходу понимал, когда Берлускони говорит «да» и думает «да», говорит «да» и думает «нет», или говорит «нет», но на самом деле имеет в виду «да».

Неста пришел, и мы выиграли ту Лигу чемпионов, которая навсегда останется в моем сердце. Удовольствие от победы над «Интером» в полуфинале и «Ювентусом» в финале – это то, что, возможно, больше никогда не повторится. И вклад Несты в этот триумф был огромен».

Какой трансфер был самым сложным?

«Я бы сказал – переход Ибрагимовича. Я находился в Барселоне вместе с президентом «Барсы» и Мино Райолой. Всего за год до этого испанский клуб выкупил Ибру у «Интера» за баснословную сумму, и мне казалось невозможным заполучить его спустя всего сезон.

За несколько дней до закрытия окна Райола, который был истинным мастером трансферных дел, позвонил мне и сказал, что я должен лететь в Барселону, потому что это возможно. Я отправился туда, и началась великая битва за Златана. В итоге мне удалось договориться об аренде с правом выкупа.

Нужно было убедить и самого Ибру. Я пришел к нему домой, там были его жена и дети. Его супруга ушла утром, вернулась после полудня – а я все еще там. Она даже не сразу спросила, кто я такой.

Златан объяснил ей ситуацию и добавил: пока он не подпишет контракт с «Миланом», я из их дома не уйду. В итоге подпись была поставлена, и в тот же год мы выиграли скудетто».

Правда ли, что Джеко был в шаге от перехода?

«Мы с Брайдой буквально прятались в Сараево, который все еще хранил на себе шрамы войны. Мы были очень близки к сделке с Джеко – у него в комнате даже висели плакаты с Гуллитом и ван Бастеном».

И напоследок: ваш главный шедевр?

«Наш общий с Брайдой мастерский ход – это Марко ван Бастен. Возможно, это была не самая трудная сделка, но я считаю, что Марко был лучшим из всех».

Понравился материал? Поделитесь ссылкой с друзьями!